Автор Тема: Военный госпиталь в Пыжовке Вяземского района  (Прочитано 5166 раз)

0 Пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

Оффлайн Мария Булкина

  • Горожанин
  • ******
  • Сообщений: 1783
  • Пол: Женский
  • Я ненавижу спорить, просто признайся, что я права
Есть на Смоленщине места, хранящие особые воспоминания о тяжелых военных годах, которые навсегда врезались в память свидетелей огненных лет. В двенадцати километрах  от Вязьмы расположена небольшая деревушка под названием Пыжовка. Именно там,  в 1941 году находился советский  эвакогоспиталь № 290. В честь подвига военных медиков в 1974 году в Пыжовке  был установлен обелиск. В марте прошлого года около обелиска установлен крест высотой четыре  метра с иконами святых Киприана и Иустинии и святителя Спиридона Тримифунтского.

В минувшую пятницу вяземским женсоветом была организована поездка на место бывшего эвакогоспиталя. Вместе с ветеранами в Пыжовку поехали учащиеся средней школы № 2 - юные поисковики, а также руководитель школьного музея Валерия Евгеньевна Гаврилова.
«Все началось летом 1966 года – начала свой рассказ об истории организации памятного знака Валерия Евгеньевна, - когда к нам в школу пришло письмо из Моршанска».
Оказалось, что учитель истории одной из средних школ города Моршанска Тамбовской области, просил разыскать могилу его брата. Собственно, так и начался поиск. Вместе со школьниками-поисковиками второй средней школы В.Е. Гаврилова выступила по местному радио с просьбой оказать помощь и поделиться имеющейся информацией.
 На призыв откликнулась ветеран сортировочного госпиталя № 290 Антонина Алексеевна Дропаш. Благодаря ее помощи удалось установить и место захоронения солдата.
Через восемь лет после этого, в 1974 году был установлен обелиск в честь подвига военных медиков. Только находился он в то время на небольшом расстоянии от памятного знака, который существует сейчас.
Непростым был сбор денег на установку памятного знака. Обелиск установили благодаря школьникам средней школы № 2, которые сдавали металлолом, макулатуру, для того, чтобы полученные деньги вложить в возведение памятника.

 Много благодарных речей было сказано ветеранами руководителю средней школы № 2 В.Е.Гавриловой за настойчивость в организации памятного знака, а также председателю женсовета Н.А. Король и заместителю председателя Е.И. Смирновой за организацию поездки.

[вложение удалено Администратором]
« Последнее редактирование: 13 Октябрь 2011, 09:50:35 от Данила Сокол »
Добро обязательно победит зло!.. Поставит на колени и зверски убьёт)

OKC@NA

  • Гость
Я читала про этот госпиталь в книге Д.Комарова про Вязьму в годы Великой Отечественной войны. Даже не предполагала, что это может быть так интересно.

Оффлайн Мария Булкина

  • Горожанин
  • ******
  • Сообщений: 1783
  • Пол: Женский
  • Я ненавижу спорить, просто признайся, что я права
Парочка видео с поездки:

Руководитель музея средней школы № 2 Валерия Евгеньевна Гаврилова рассказывает об истории возникновения обелиска на месте бывшего эвакогоспиталя № 290 в Пыжовке

Вязьма Пыжовка бывший эвакогоспиталь № 290

Валерия Евгеньевна Гаврилова - о бывшем эвакогоспитале

Вязьма Пыжовка бывший эвакогоспиталь № 290 ...file2
« Последнее редактирование: 22 Октябрь 2009, 15:32:48 от Мария Булкина »
Добро обязательно победит зло!.. Поставит на колени и зверски убьёт)

Оффлайн Елена Ивановна

  • Житель города
  • *******
  • Сообщений: 7131
  • Пол: Женский
Да, уже 45 лет В.Е.Гаврилова вместе с детьми занимается историей Пыжовского госпиталя.Это большой труд.Хорошо что в этом благородном деле принимают активное участие школьники.На этом митинге  присутствовало 25 участников Великой Отечественной войны, они пришли поклониться людям медицинской профессии, спасшим огромное количество человеческих жизней.Здесь присутствовали--медсестра эвакогоспиталя д.Пыжовка Ручкина М.А.,лечившийся в декабре 1943г. солдат Мальцев Д.Ф.(ранение в бедро),медсестра госпиталя д.Шимоново Васильева Л.И.(14-ти летней девчушкой из д.Жулино она пошла на  фронт спасать раненых), ветеран труда Л.Н.Денисова из д.Черёмушки  отец которой причастен к работе госпиталя;бывший военком М.М.Матвиенко-он выразил огромную благодарность всем медикам, которые работали в годы войны, спасали жизнь людей.
Говорят, что через Пыжовку прошло более 60тыс. раненых солдат.На сегодня  медработников ,кто причастен к Пыжовскому  госпиталю по словам В.Е.Гавриловой осталось 35 человек.Время бежит неумолимо...Мы должны знать историю нашего края, нашей Родины.
Очень приятно видеть ветеранов рядом со школьниками,они передают свой опыт молодёжи--жизненный и трудовой.Отдельное спасибо Вяземскому женсовету за работу с ветеранами, со школьниками.

Оффлайн Юлия Анатольевна

  • Житель города
  • *******
  • Сообщений: 5636
  • Пол: Женский
Нашла в интернете статью очень интересную статью про госпиталь:

Жизнь, подаренная дважды

Не знаю уж почему, в силу каких обстоятельств, но в огромном массиве исторической и мемуарной литературы о Великой Отечественной войне на территории Беларуси почти нет книг, рассказывающих о самоотверженном труде военных медиков. Даже в специализированной библиотеке Белорусского государственного музея истории Великой Отечественной войны все они уместились на одной небольшой полке. Да к тому же большая их часть посвящена врачам и медицинским сестрам, работавшим в партизанских отрядах и бригадах. Поэтому история одного военного госпиталя Западного фронта, на которую я натолкнулся в воспоминаниях знаменитого хирурга Аркадия Каплана, оперировавшего весной 1942 года будущего прославленного маршала Константина Рокоссовского (смотри номер за 26 января), показалась мне настолько интересной, что, отложив в сторону все свои текущие дела, сразу же обратился к архивным источникам.


Еще до войны


Как известно, вероломное нападение гитлеровской Германии на Советский Союз застало нашу армию и ее Западный особый военный округ в стадии реорганизации и перевооружения. Серьезно перестраивались и тыловые части, в том числе медицинская служба. Шло создание новых полевых подвижных госпиталей. Из–за нехватки автомобильного транспорта значительная часть их оснащалась конной тягой. К счастью, сформированный в Пуховичах 750–й ППГ, о котором пойдет здесь речь, сразу же получил санитарные машины, изготовленные на базе знаменитой полуторки, а также грузовики–трехтонки ЗИС–5 для перевозки легкораненых и медицинского имущества. Местом дислокации нового госпиталя военно–санитарное управление округа определило поселок Воля под Волковыском. Начальником 750–го ППГ был назначен военврач 2–го ранга Ефим Вольпер. Замполитом, а в войну комиссаром — Михаил Васильев.


Окончив вместе с Аркадием Капланом в 1929 году медицинский факультет Белгосуниверситета, Вольпер избрал профессию военного медика. Служил в различных частях Белорусского военного округа, в том числе в 39–м полку 7–й Самарской кавалерийской дивизии, которым в свое время командовал будущий маршал Георгий Жуков. Как пишет в своих воспоминаниях Аркадий Каплан, на должности начальника госпиталя у Вольпера проявились незаурядные организаторские способности. Требовательность командира счастливо сочеталась у него с добротой, отзывчивостью, удивительным тактом.


Когда к весне 1941 года на немецкой стороне границы замечены были все нараставшие передвижения войск и техники, Вольпер, не дожидаясь приказа начальства, стал готовить госпиталь к работе в экстремальных условиях. Увеличивалась пропускная способность операционных и перевязочных, наращивался коечный фонд, создавались запасы перевязочного материала, лекарств, продовольствия. К дальним переездам по бездорожью готовился санитарный и грузовой транспорт. Персонал обучался работать в условиях войны. В ту пору мало кто сомневался в том, что скоро она грянет, ее ждали, к ней готовились, и все же, очевидно, стопроцентно подготовить себя заранее к такой беде вообще невозможно.


Огненные дороги


...Как только в предрассветной тьме воскресенья 22 июня прогремели первые залпы орудий, Вольпер поднял состав госпиталя по тревоге. Спешно начали готовиться к приему раненых. Но никаких известий о положении на фронте не было. Связаться со штабом 3–й армии, находившейся в Гродно, не удавалось. Зато с Минском связь, хотя и прерывавшаяся, все же имелась. Где–то в полдень был получен приказ начальника военно–санитарного управления округа, теперь уже Западного фронта, о немедленной передислокации госпиталя в район Минска. Как только закончили погрузку имущества и медицинского оборудования, колонна двинулась в путь.


Вскоре опустилась ночь. Чтобы шедшие без света фар автомобили не врезались один в другой, Вольпер приказал старшему каждой машины выйти из кабины и идти впереди, показывая водителям путь. То и дело колонну обгоняли мчавшиеся подальше от фронта пыльные грузовики и легковушки с беженцами, узлами, мешками, домашней утварью. Когда рассвело и развеялась предутренняя дымка, послышался гул самолетов. Летели они низко над дорогой, можно было отчетливо разглядеть даже фигуры летчиков в кабинах. Началась бомбежка. К счастью, недолгая. В госпитальной колонне не было потерь, только от борта одного грузовика полетели щепки. Но дорогу завалило деревьями. Пришлось, продираясь сквозь кусты, объезжать. Вскоре дорога оказалась запружена еще и встречным потоком — к фронту шли стрелковые части и новобранцы, направлялась военная техника.


Почти двое суток потребовалось, чтобы добраться до Барановичей. Военный комендант сказал, что в Минск уже не проехать, центр города весь в огне и практически уничтожен вражеской авиацией. Связи у коменданта с вышестоящими штабами не было, но случайно встреченный знакомый подполковник сообщил, что штаб фронта переехал в Могилев. Туда и надо держать путь.


Ох как не хотелось Ефиму Вольперу поворачивать свою колонну на Могилев! Ведь в Минске жила вся его семья: мать, две сестры, жена и маленькая дочка. Он надеялся отыскать их и взять с собой. Позже узнал, что они не успели уйти из города и погибли в гетто.


Штаба фронта в Могилеве уже не было, он переехал под Смоленск. В конце концов после долгих мытарств — бомбежек, артобстрелов, пробок на дорогах — госпиталь туда добрался, причем без потерь. А ведь горечь утрат в те исключительно трудные дни пришлось, к сожалению, испытать многим военно–медицинским учреждениям. В Подольске в архиве Министерства обороны СССР хранится пожелтевшее от времени донесение Военно–санитарного управления Западного фронта, направленное на восьмой день войны, 30 июня 1941 года, начальнику Главного военно–санитарного управления Красной Армии Ефиму Ивановичу Смирнову. Вот что в нем сообщалось: «В процессе боевых действий все санитарные учреждения, дислоцированные на территории западной и частично восточной БССР, не отмобилизовывались. В результате фронт лишился 32 хирургических и 12 инфекционных госпиталей, 13 эвакоприемников, 7 управлений эвакопунктов, 3 автосанитарных рот, 3 санитарных складов, 3 госпитальных баз армий, эвакогоспиталей на 17 тысяч коек и 35 других различных санитарных частей и учреждений. Имущество санитарных учреждений осталось в пунктах формирования и уничтожено пожарами и бомбардировками противника. В войсках и санитарных учреждениях фронта большой недостаток в перевязочном материале, наркотических средствах и сыворотках».


Вот почему к 1 июля 1941 года на Западном фронте было развернуто только 15 процентов из числа запланированных к началу войны частей и учреждений медицинской службы. Да, видимо, прав был военный корреспондент Константин Симонов, находившийся на Западном фронте с первых дней войны, когда записал в своем дневнике: «Санитарная служба в то время была поставлена здесь худо, очень мало делалось для того, чтобы раненые могли нормально, в кратчайший срок попадать в медсанбаты и в госпитали, о местопребывании которых никто ничего толком не знал».


На полном самообеспечении


Прибыв в располагавшийся в Касне под Смоленском штаб фронта, начальник 750–го ППГ тотчас же получил приказ — развернуться в районе железнодорожной станции Гнездово. В небольшой рощице под липами быстро поставили палатки. В них операционная, рядом — перевязочная, там же баня и кухня. Стали принимать раненых солдат, уже хлебнувших лиха. Щеки ввалились, небритые, грязные...


На Смоленск то и дело правильным строем двигались эскадрильи бомбардировщиков. Однажды три передних самолета вдруг отделились от остальных, повернулись на крыло, застыли на долю секунды и рванули к краю госпитального поселка. Свист бомб, грохот взрывов. Все попрятались в недавно отрытых щелях. И новый налет, за ним еще один... В этих трудных условиях медики не прекращали своей работы ни на час, ни на минуту.


А враг упорно рвался вперед. Когда главная немецкая группировка стала подходить к Смоленску, госпиталь эвакуировался под Вязьму. Разместились в лесу в районе станции Камяжно. Поставили палатки, вырыли землянки. В середине сентября переехали на новое место, тоже в лесу, у станции Пыжовка. Слухи о госпитале, в котором работа образцово налажена, дошли до фронтового начальства. Раненых навестил командующий Западным фронтом маршал Семен Константинович Тимошенко, главный хирург Красной Армии Николай Нилович Бурденко в сопровождении главного хирурга фронта Станислава Иосифовича Банайтиса. Оба отметили хорошую подготовку персонала и правильную постановку дела. Госпиталь в то время принимал раненых в ходе сражения за Ельню. В день победного штурма этого города они, по воспоминаниям врачей и сестер, поступали возбужденные, но довольные — совсем не те люди, которые отступали. Вот что значит победа, даже небольшая!


Однако в целом положение на фронте все больше осложнялось. Поэтому и госпиталю становилось все труднее. Практически прекратилось медицинское снабжение. Да и продовольствие подвозилось с большими перебоями. Из–за нехватки транспорта часто задерживалась эвакуация раненых. И тогда начальник госпиталя с одобрения комиссара принял экстраординарное решение — перейти на самообеспечение. Из шедших на поправку он выделил 10 человек, назначил старшим военфельдшера и всем выдал оружие. Группа направилась на автомобильные дороги, по которым в тыл неслось много порожних машин. Их заворачивали к госпиталю, чтобы использовать для эвакуации раненых. Нередко попадались автомобили, груженные продуктами питания и вещевым довольствием без соответствующих документов. Все это безадресно гнали в тыл, спасая от захвата немцами. Такие машины также направляли в госпиталь.


Но этим дело не ограничилось. Среди выздоравливавших после ранений и контузий нашлись шоферы, трактористы, механики. Из них организовали вторую группу. Задачей ее стал розыск брошенных на произвол судьбы отступающими частями автомашин — из–за мелких поломок, а то и просто из–за того, что кончилось горючее. Всех их тоже доставляли в 750–й ППГ. Наконец, третья группа выздоравливающих останавливала на дорогах блуждающих по разным причинам медицинских работников. В госпитале им предоставляли пристанище и работу, которой здесь было невпроворот.


Невозможное возможно


Тем временем некоторое затишье, наступившее на фронте после Смоленского сражения, сменилось большим наступлением противника. В начале октября ему удалось прорвать нашу упорную оборону и создать в районе Вязьмы кольцо окружения вокруг четырех армий Западного фронта. 6 октября, когда это кольцо было еще непрочным, Вольпер получил приказ о срочном выводе госпиталя из опасного района. Все пункты возможной дислокации намечались уже на территории Московской области. Но как туда добираться, когда основные пути перерезаны врагом? Выход один — двигаться лесными и проселочными дорогами. 16–летняя дочь лесника, жившего неподалеку, Галина Шемшур, не раздумывая согласилась быть проводником. Глубокой ночью колонна двинулась в путь, и уже через двое суток госпиталь был за кольцом окружения. Галина Шемшур была награждена медалью «За отвагу», ее оставили работать в госпитале, вскоре она стала медицинской сестрой.


В прифронтовую Москву 750–й ППГ прибыл, не потеряв на дорогах войны ни одного человека из своего персонала, будучи полностью укомплектован штатом врачей, медсестер и санитаров, имея исправный транспорт и необходимое медицинское оборудование. 16 октября 1941 года в санитарном управлении Западного фронта военврач 2–го ранга Ефим Вольпер получил новый приказ: на своей базе за пять суток развернуть на территории Тимирязевской сельскохозяйственной академии крупный фронтовой сортировочно–эвакуационный госпиталь 1–й линии. А значит, надо было в условиях близкого фронта превратить учебные корпуса в приемные, пропускные и эвакуационные отделы, операционные блоки и перевязочные, создать стационар и все связанное с этим хозяйство, чтобы ежедневно принимать, мыть, переодевать, кормить и заниматься 2 — 3 тысячами поступающих раненых и столько же готовить для отправки в тыл. Кроме того, нужно было обеспечить работу эвакоприемников, организованных на трех вокзалах Москвы.


Поначалу задание казалось невыполнимым, тем не менее ровно через пять суток после получения приказа госпиталь — теперь он именовался № 2386–й — стал принимать раненых. За время Московской битвы здесь была оказана помощь более чем 372 тысячам бойцов, проведена почти 41 тысяча операций, в том числе много сложных.


Зима 1941 — 1942 годов выдалась очень холодной и снежной. Поэтому у бойцов, сражавшихся на подступах к столице, было много обморожений. Для них организовали специально оборудованное отделение, куда ежесуточно поступало по 200 — 250 человек. Имелось и отделение для генералов. В нем оперировали тяжелораненых Рокоссовского, Еременко, Лелюшенко, Берзарина и других военачальников, лечили заболевших Жукова и Василевского.


В декабре 1941 года начальнику госпиталя Ефиму Вольперу было присвоено очередное воинское звание — военврач 1–го ранга. Вскоре он и ряд сотрудников были представлены к правительственным наградам. Казалось, все самое тяжелое позади. Да не тут–то было.


«Отменить приговор трибунала!»


К госпиталю был прикомандирован капитан — оперуполномоченный особого отдела штаба фронта. Это был невзрачный человек небольшого роста, который не привык вести себя скромно. В обиходе между собой сотрудники госпиталя прозвали его рыжим котом. У начальника аптеки он постоянно требовал спирт, у начпрода — особое питание и деликатесы. Часто устраивал попойки. Жалобы на него сыпались со всех сторон, и начальник госпиталя был вынужден призвать зарвавшегося к порядку — вызвал к себе в кабинет и в присутствии комиссара Васильева сделал выговор в жесткой форме.


А через несколько дней к Вольперу явились двое сотрудников особого отдела фронта и заявили, что у них имеются сведения о том, будто бы в госпитале есть неоприходованное имущество, которое расхищается. Потребовали показать им склады. Никаких объяснений, что это имущество было брошено отступающей армией, слушать не желали. Не охладило их пыл и то обстоятельство, что все госпитальное хозяйство содержалось в соответствии с существующими правилами, а склады надежно охранялись.


Вольпер был вызван в санитарное управление фронта и отстранен от должности. После передачи дел его арестовали. Через несколько дней были арестованы комиссар Васильев, заместитель начальника госпиталя по лечебной части, начальник продовольственного отдела, помощник по материальному обеспечению. Следствие было недолгим. По его окончании была назначена выездная сессия военного трибунала — прямо в госпитале, в бывшем клубе сельхозакадемии. Вольперу инкриминировали небрежное содержание продовольствия и разного рода имущества, а также использование выздоравливающих раненых в качестве обслуживающего персонала. Комиссар Васильев обвинялся в потере политической бдительности.


Убедительных фактов, подтверждающих виновность обвиняемых, не было ни в обвинительном заключении, ни в показаниях свидетелей. Не были собраны такие факты и в ходе суда. Вольпер на суде держался с достоинством и заявил, что остальные обвиняемые только выполняли его приказы. А комиссар Васильев сказал, что ему неясно, в чем выразилась потеря им политической бдительности, когда благодаря действиям руководства госпиталя удалось обеспечить всем необходимым тысячи раненых и возвратить их в строй. Трибунал не принял во внимание и ходатайства о невиновности подсудимых санитарного управления фронта. На второй день суда был объявлен приговор. Военврача 1–го ранга Вольпера — расстрелять, комиссара Васильева отправить на 8 лет в тюрьму. Другие обвиняемые также были приговорены к длительным срокам тюремного заключения. Этот приговор должен был утвердить или отменить только Военный совет фронта.


Командовал Западным фронтом в то время Георгий Константинович Жуков — человек строгий, даже суровый по отношению к разного рода провинностям своих подчиненных. Но на сей раз, ознакомившись с документами военного трибунала, он вскипел:


— Как же так, люди спасали госпиталь от врага, наладили его хорошую работу, а мы их за это осуждаем, даже расстреливаем? Да все это — чистая липа. Что касается Вольпера, то он у меня еще в Слуцке в кавалерийском полку младшим военврачом был, я его хорошо помню. Это человек честный, преданный своему делу, что он еще раз и доказал. Так что приговор трибунала отменить, всем осужденным вернуть воинские звания и награды.


После освобождения из заключения Ефим Вольпер был назначен начальником одного из фронтовых госпиталей. После войны до выхода в отставку, будучи полковником медицинской службы, заведовал кафедрой военно–медицинской подготовки в одном из вузов Литвы. До конца дней своих он помнил о том, как в трудный для него час будущий прославленный маршал подарил ему жизнь.


***


А что же стало с самим госпиталем? Когда война окончательно и бесповоротно повернула на запад, он двинулся следом за войсками. В 1943 году, на четвертый день после освобождения Западным фронтом Смоленска, туда убыл из Москвы его первый эшелон. За ним — второй, а потом и третий. Дислоцировались в дотла сожженном и разрушенном врагом городе на Покровской горе на развалинах областной больницы. Всю зиму с 1943–го на 1944–й немцы жестоко бомбили, но персонал продолжал работать.


В ходе операции «Багратион» госпиталь перебазировался в Вильнюс и частично в Минск, затем в составе 2–го Белорусского фронта — в Каунас, а после Победы — в Гродно, где находится и по сей день в составе Вооруженных Сил Республики Беларусь. Кстати, под тем же номером, присвоенным ему когда–то директивой начальника Генерального штаба Министерства обороны СССР. Два года назад он отметил свое семидесятилетие.

Автор публикации: Валерий МИХАЙЛОВ
http://www.sb.by/post/116363/
« Последнее редактирование: 13 Октябрь 2011, 09:52:33 от Данила Сокол »
Самый редкий вид дружбы - это дружба с собственной головой.

Оффлайн Елена Ивановна

  • Житель города
  • *******
  • Сообщений: 7131
  • Пол: Женский
Военный госпиталь в Пыжовке Вяземского района
« Ответ #5 : 20 Сентябрь 2011, 20:01:02 »
И сегодня, в канун 68 годовщины освобождения Смоленщины Вяземский женсовет организовал поездку к обелиску медперсоналу в д.Пыжовка. Здесь был эвакогоспиталь№290.На митинге присутствовали участницы войны,военные медсестры--Бочарникова А.А.,Власенко Е.Д.(госп. Н.Бозня), Щербакова В.Н., защитник Ленинграда Соколов И.В., почетный гражданин города Полякова И.В., представители"Боевого братства", ветераны труда.Говорили о военных действиях на территории Вяземского района, о роли женщины на войне.Говорили о непосредственных героинях-медсестрах госпиталя №290--Ручкиной М.А.,Васильевой Л.И,Викторовой О.А., Татаринцевой А.И..И ДР., которые через свои руки пропускали в день более1 тыс.раненых и давали им возможность далее ЖИТЬ..
ПУСТЬ НИКОГДА  НЕ БУДЕТ ВОЙН НА ЗЕМЛЕ!
« Последнее редактирование: 13 Октябрь 2011, 09:51:40 от Данила Сокол »

Оль4ик

  • Гость
Здравствуйте! Обращаюсь с просьбой. Мой прадед служил под Вязьмой, и его семье пришло письмо, что он пропал без вести, о чем и свидетельствует запись в именном списке безвозвратных потерь, источник ЦАМО. Но по словам его односельчанина, он был ранен в живот и умер в госпитале. Очень хотим найти его могилу... Но не знаем как. Данных мало... Вдруг кто-нибудь знает как найти списки умерших в госпитале, или может просто дать совет, отзовитесь, пожалуйста. 
Вот данные о моем прадедушке: Гаврилов Иван Петрович, 1910 г.р., призван 14.03.1942 Сотнурский РВК, Марийская АССР, Сотнурский р-н (в наст. время р-н Волжский), дата выбытия примерно _.10.1942г. Последнее место службы п/п 1602, 2й батальон, 3я рота, 13/УШ-42.
Заранее спасибо за любую посильную помощь!

Оль4ик

  • Гость
Закрываю вопрос. Место захоронения нашли (д. Вишенка, Шаховского р-на). :)

Оффлайн Girl

  • Житель города
  • *******
  • Сообщений: 3050
  • Пол: Женский
Это уже не ''под Вязьмой''... Московская область...

Оффлайн Girl

  • Житель города
  • *******
  • Сообщений: 3050
  • Пол: Женский
Хорошо хоть нашли...:)

Оффлайн Игорь Викторович Долгушев

  • Горожанин
  • ******
  • Сообщений: 2365
  • Справедливость как любовь за неё надо бороться!
Перелистываем пожелтевшие от времени страницы… 290-й военный госпиталь был организован приказом Главного санитарного управления Красной Армии в апреле 1940 года в г. Великие Луки. Затем размещался в Каунасе. После начала Великой Отечественной войны передислоцирован в Двинск, Смоленск, Вязьму. В Вязьме в июле 1941 года приказом по Западному фронту госпиталь преобразован в сортировочно-эвакуационный госпиталь № 290. Рассчитан был на тысячу коек. Только за август 41-го госпиталь принял 64 тысячи раненых. Медики работали в сложнейших условиях под бомбежками вражеской авиации. В сентябре во время одной из бомбежек погибли шесть сотрудников госпиталя, шестеро получили ранения. Но раненые не пострадали, они своевременно были укрыты в землянках и бомбоубежище.

http://komkur.info/gorodskaja-zhizn/oskolki-vojni/


С  начала июля по 5 октября 1941 года  сортировочно-эвакуационный госпиталь № 290. находился на ст. Вязьма – Новоторжская   в больничных корпусах,  это в районе  домов 18, 20 по улице Сычёвское шоссе.   Рядом  госпитальное захоронение, в котором похоронено  более 5-ти  тысяч наших  воинов умерших от ран в госпитале  с июня 1941 года  – по 5 октября 1941 года включительно.  Имеется  на шести листах неполный список похороненных  там воинов.  Могилы не обозначены, завалены хламом и поросли бурьяном.