Автор Тема: "Вяземский мемориал": Дулаг № 184  (Прочитано 56930 раз)

0 Пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

Оффлайн Лариса Жукова

  • Житель города
  • *******
  • Сообщений: 7597
"Вяземский мемориал": Дулаг № 184
« Ответ #25 : 18 Ноябрь 2009, 15:48:29 »
 Часовня на месте бывших лазаретов для советских военнопленных  - благое дело. Но это еще не все. До сих пор нет абсолютно точной информации о месторасположении Вяземского дулага № 184: где были его границы? Где содержались военнопленные, а где - мирные  жители?

  Пока говорят лишь, что определенная часть военнопленных постоянно этапировалсь, а контингент лагеря все время  пополнялся советскими воинами, попавшими в плен.

  По словам Д.Е.Комарова, пролить свет на данный вопрос могло бы изучение тех захоронений советских военнопленных, которые делались в непосредственной близости от лагеря. Однако в период после освобождения и до наших дней эти захоронения досконально не исследовались. В распоряжении краеведов и исследователей имеется только информация, напечатанная практически во всех газетах Советского Союза о зверствах гитлеровцев в освобожденных городах Вязьме и Гжатске.
  Цифры, названные там, никогда не проверялись и не уточнялись, они просто переписывались из материалов чрезвычайной комиссии в различные книги и статьи. Так, по официальным опубликованным данным, после освобождения вблизи лагеря по улице Кронштадтской было обнаружено 45 рвов с захороненными военнопленными, каждый ров имел длину 100 метров и ширину 4 метра, в каждом рву было захоронено по несколько сот трупов, всего около 20- 30 тыс. человек.
 Учитывая тот факт, что данная информация была напечатана буквально через несколько дней после освобождения, можно предположить, что комиссия не вскрывала все рвы, да и вряд ли в то время и в той обстановке это требовалось. Скорее всего, комиссия ограничилась вскрытием нескольких рвов с захоронениями и вывела приблизительную цифру.

 Кроме этого, в информации не названо количество тел в одном рву и не указана глубина захоронений, а она может быть разной. В послевоенный период перезахоронения не производилось и даже более того, частично территория захоронений попала под застройку и планирование.

 По данным Государственной чрезвычайной комиссии, на территории Смоленской области в целом погибли 257 723 советских военнопленных.


Из выступления на митинге 14.11.09 Галии Невлютовой, внучки бойца Батаршина:

Вязьма на месте дулага № 184 внучка бойца Батаршина Галия Невлютова


« Последнее редактирование: 22 Ноябрь 2009, 18:01:01 от Лариса Жукова »
Никогда не слушайте осуждений в свой адрес. Ибо, даже если бы вы умели ходить по воде, то будьте уверены, кто-нибудь бы обязательно вам сказал: "Смотрите, он даже не умеет плавать!"

M@4O

  • Гость
"Вяземский мемориал": Дулаг № 184
« Ответ #26 : 18 Ноябрь 2009, 16:04:34 »
я про этот памятник мало что знаю. Там и мясокомбинат-то развалился, и место какое-то заброшенное.

BLACK ANGEL

  • Гость
"Вяземский мемориал": Дулаг № 184
« Ответ #27 : 18 Ноябрь 2009, 16:30:10 »
 Так, по официальным опубликованным данным, после освобождения вблизи лагеря по улице Кронштадтской было обнаружено 45 рвов с захороненными военнопленными, каждый ров имел длину 100 метров и ширину 4 метра, в каждом рву было захоронено по несколько сот трупов, всего около 20- 30 тыс. человек.
 
45*100*4=18 кв. километров. 
Эта площадь намного большая, чем территория мясокомбината. Получается, что половина нашего города стоит на костях.

OKC@NA

  • Гость
"Вяземский мемориал": Дулаг № 184
« Ответ #28 : 18 Ноябрь 2009, 16:46:45 »
Скорее, это территория сегодняшнего частного сектора по улице Кронштадтской.
Нашла  еще воспоминания о пребывании в вяземском лагере для военнопленных Софии Иосифовны Анваер. Она была врачем,  под Вязьмой попала в окружение. Содержалась в вяземском -згере, затем в лагере «Штутгоф», после побега в советском проверочном лагере СМЕРШ. После войны тоже работала врачом. Вот она писала:

Нас гнали по грязным дорогам целый день и ночь. Неделю назад пригнали в лагерь.
Дрожало на ветру чадящее махровое пламя, оно слабо освещало развалины и шеренги вражеских солдат на подходе к ним. Солдаты, -взмахивая прикладами, загоняли нас вниз под эти развалины. Выстрелы, брань, удары, хрипы и стоны сливались в страшный неумолкающий звук. Под ногами заплескалась вода. С каждым шагом она поднималась все выше. Вот уже начала заливаться в сапоги, сошла до бедер.
Потом я уперлась в стену, и напор идущих сзади людей уменьшился.
В темноте слышалось дыхание загнанных людей. «Спасите, тону», - раздался одинокий голос и тут же перешел в бульканье.
Кто-то схватил меня за ногу, и я упала, погрузившись по грудь в холодную воду. Я вскрикнула. Невидимая рука помогла мне встать. Наверху, там, откуда нас пригнали, раздался взрыв, и на какой-то миг я увидела сплошную массу людей, раскрытые в крике рты и полные ужаса глаза.
Толпа шарахнулась в нашу сторону, меня так сдавили, что я потеряла сознание. Через какое-то время я вновь услышала выстрелы, гул голосов, бульканье воды под ногами. Толпа, сдавившая меня, не дала мне упасть в воду. Выстрелы вблизи постепенно утихли, и хриплый немецкий голос приказал: «Руэ! Одер вир шиссен!» («Спокойно! Или будем стрелять!»).

Шли часы, мы продолжали стоять в воде, опираясь друг на друга. Начинался день, но свет едва проникал из маленьких окошек под потолком. Против единственного, уходящего вверх выхода из подвала чадным, багровым пламенем горел костер. Около него постоянно находилось несколько гитлеровцев. Только это место около костра не было залито водой. Все остальное пространство, стоя по колено, а то и по пояс в воде, занимали люди. Выйти на сухое место было нельзя. Гитлеровцы убивали каждого, кто к ним приближался. Сухая площадка уже была окружена валом мертвых тел, наполовину погруженных в воду. Багровые блики пламени отражались в остекленевших глазах мертвых и тонули в открытых в последнем крике ртах.

По ночам, желая осветить темноту подвала, конвойные, выхватив из огня раскаленные головни, бросали их в хрипящую массу людей. На любой шум или движение в подвале немедленно отзывались стрельбой или бросали гранаты. Ноги стыли в ледяной черной воде, которая не замерзала, кажется, только потому, что ее согревали человеческие тела. Те, кто уже не мог стоять, опускание в воду. Умирающие не стонали и не хрипели, они захлебывались.

Через два дня оставшихся в живых выгнали из подвала на первый этаж под открытое небо. Смерть освободила место для нас. От края до края помещение было набито людьми. Цементный пол был устлан трупами. Живым едва хватало места, чтобы стоять, и они складывали их друг на друга.

В течение короткого дня поздней осени можно было выходить на огороженный колючей проволокой двор. Там один раз в день сбрасывали с грузовика пачки концентратов горохового супа и пшенной каши, захваченные в нашем интендантском складе. И это на много тысячи людей. (По слухам, в лагерь согнали около сорока тысяч пленных, через месяц осталась половина.) Изголодавшие люди бросались к еде, их встречали пулеметные очереди или взрывы гранат. Осталось выбирать между голодной смертью или смертью от пули.

Через колючую проволоку жители города видели наши страдания и пытались помочь. Закутанные в тряпье женщины и дети подходили к проволоке и перебрасывали сверточки с какой-то едой Пленные бросались к ним, на вышке стучал пулемет. Люди падали с протянутыми к пище руками. Падали и женщины по другую сторону забора. Помочь нам было невозможно. К мукам голода и холода присоединилась жажда. В подвал, где была вода, пройти уже было нельзя — вход в него закрывала гора трупов. Люди пили, отцеживая через тряпку, жидкую грязь со двора, перемешанную тысячами сапог.

За минувшие дни мне один раз досталась пачка концентрата. Через оконный проем, наполовину загороженный стеной из трупов, мне видны двор и ворота. Грузовик въезжает во двор и останавливается посередине. Я вижу пленных, которые со всех сторон тянутся к этому грузовику, впившись в него голодными глазами.  Пулеметы на вышках тоже, как по команде, поворачиваются в эту же сторону. Гитлеровцы в грузовике поднимают руки с зажатыми в них гранатами.

Я медленно встаю. Нужно идти. Там, около грузовика меня наверняка убьют. Это лучше, чем умереть так, как умирает лежащий рядом на полу боец. Грязные, худые руки скребут цементный пол. Полузакрытые, со слипшимися от гноя ресницами глаза смотрят куда-то вверх. По грязному синеватому лицу ползают вши. Изо рта раздается натужный хрип. Мертвых и умирающих больше, чем живых, а живые больше похожи на мертвых, вставших из могил. Я не хочу умирать так... и поэтому мне надо идти (...)

За пустыми оконными проемами (здание начали строить еще до войны, но не успели покрыть его крышей и вставить окна) что-то кричали конвойные. В окно справа вдруг влетела граната и взорвалась у северной стены, где было особенно много людей (там не так дул ветер). Крики боли и ужаса вызвали в ответ еще более сильную стрельбу. Что же это делается на свете? Да, мы, все согнаны в эти голые стены, - пленные. Да, нас схватили гитлеровцы, которые сейчас неудержимой лавиной катятся по Украине, Белоруссии, Смоленщине. Уже несколько дней не слышно канонады, умолкла где-то на востоке. Где наши теперь? Многим посчастливилось: они пали в бою, других, менее счастливых, убили сразу в плену. А мы здесь (...)

Хуже голода мучают жажда и холод. В голове неотвязная мысль: хоть бы один раз удалось согреться перед смертью. А смерть, она тут, рядом: на этаже появляются эсесовцы с автоматами. Выкликают фамилию. Встает человек и тут же падает, сраженный автоматной очередью (так гитлеровцы расправлялись с комиссарами и офицерами, списки этих лиц, по мнению автора, были переданы отдельными военнопленными - прим. Д. К.). Все это повторяется. На третью фамилию никто не откликается. Ее повторяют. Опять никто. И вдруг раздаются какие-то голоса: «Вот он, здесь запрятался». Автоматы бьют прямо в гущу людей. Следующий встает сам. Потом вновь молчание в ответ на фамилию, и опять предательские голоса, и вновь стрельба по толпе. На душе тяжелая тоска. Как после этого жить? Полумертвые люди предают друг друга (...)

Идут дни. Каждый день сотни убитых и умерших. Мертвых уже гораздо больше, чем живых. Хмурым утром седьмого ноября поднимается дикий шум. Сотни голосов кричат: «Всех распускают по домам. Москва взята!» Первая мысль - конец этому аду! Ее тут же заглушает другая: Москва! Я рыдаю, уткнувшись в холодную кирпичную стену. Ничего мне не нужно, если пала Москва. Через некоторое время в голову приходит четкая мысль: «Это неправда. Этого не может быть». И высыхают слезы (...)

Был конец ноября 1941 года. Стояло хмурое утро. Внезапно во дворе началась все нарастающая стрельба, усилилась хриплая брань, крики. На этаже появились солдаты и эсэсовцы. Угрожая автоматами, они стали выгонять пленных во двор. Тех, кто не мог подняться, пристреливали. На лестнице образовалась давка. Передние не успевали выходить, а на задних напирали немцы с криком и стрельбой. Между верхним и нижним этажами было широкое окно. Через него мне удалось увидеть, что происходило во дворе. Шел еврейский погром. Эсэсовцы отбирали евреев и отгоняли их вправо. Более месяца, проведенные в этом лагере, сделали мне смерть милее жизни. Не раз уже я сама лезла под пули, но когда увидела, как убивают евреев, как над ними издеваются эсэсовцы, спуская на них собак (описывать это я не в состоянии), и представила, что же они могут сделать с женщиной, то постаралась задержаться на лестнице, пусть пристрелят здесь. Задержаться не удалось, поток людей вынес меня на крыльцо. Тут же ко мне подлетел высокий эсэсовский офицер:
- Жидовка?
- Нет, грузинка.
- Фамилия?
- Анджапаридзе.
- Где родилась?
- В Тбилиси.
Последовало еще несколько вопросов. Говорил он по-русски без малейшего акцента. И хотя прошло уже полвека, я и сейчас вижу его перед собой, как будто все происходило вчера. Но никого не могла вспомнить, как пришли мне в голову эти ответы и фамилия моего однокурсника. Ударом руки офицер толкнул меня не вправо, куда я боялась даже взглянуть, не влево, куда отгоняли всех, а вперед.
Поднявшись на ноги, я обнаружила еще двух женщин-военнопленных.
 «Селекция» продолжалась, нас, женщин, постепенно стало шестеро. Стояли, тесно прижавшись друг к другу. Было страшно. Страшно смотреть на то, что творилось кругом, страшно думать о том, что могли сделать с нами. Когда «селекция» окончилась, военнопленных загнали обратно в здание, эсесовцы и солдаты ушли, во дворе остались только трупы и мы, шестеро посередине пустого пространства в полной неизвестности.
Через какое-то время явился пьяный немецкий фельдфебель и на ломаном польском языке принялся орать на нас, перемешивая русский мат с польским. «Вы вшистке шесть есть б... и проститутка Что вы делали тутай в одном дому с тысячами мужчин?» — примерно такой был смысл его брани.

Потом нас загнали в каморку у ворот лагеря. Всю ночь не спали. Дрогли на голом полу. Вскакивали каждый раз, когда за дверью раздавались шаги или голоса. Утром пришел протрезвевший «переводчик», выяснил, что мы все медики, и ушел. Потом солдат принес нам два котелка кипятка и три пачки концентрата гречневой каши. Наша каша - их трофей. Немцы гречки не ели. Я уже голодала с начала октября, когда наш 505-й передвижной полевой госпиталь вместе с ранеными попал в окружение под Вязьмой, с тех пор ни разу не ели горячего. Этот завтрак не забылся (...)
________________________________________________________
Текст (в сокращении) приведен по: Анваер С. Плен//Наука и жизнь:
№ 5. 1995. С. 9-12


« Последнее редактирование: 24 Ноябрь 2009, 09:13:14 от OKC@NA »

BLACK ANGEL

  • Гость
"Вяземский мемориал": Дулаг № 184
« Ответ #29 : 18 Ноябрь 2009, 16:49:53 »
А может все-таки надо на этом месте мемориал? Тот, про который москвичи говорят?

Yuriy Egorov

  • Гость
"Вяземский мемориал": Дулаг № 184
« Ответ #30 : 20 Ноябрь 2009, 14:50:08 »
Уважаемые мною блогеры. Я - племянник одного из тех, кто покоится в вяземской земле, где-то рядом с мемориалом. Он был узником дулага, здесь принял смерть и здесь же предан земле. Я был в числе тех родственников, которые посетили мемориал 14 ноября. Я увидел много лиц, скорбящих, сочуствующих. Спасибо вам. Все, что от души, ощущаешь безошибочно. Да, нам (родственникам погибших) очень бы хотелось, чтобы кости наших погибших были захоронены по-человечески. Да, нам хочется, чтобы память погибших, была увековечена в более достойной форме, чем существующая сейчас. Да, мы за ПАМЯТЬ, большую память, которая нужна нашему поколению, и, надеюсь, будет нужна будущим поколениям. Но мы прекрасно понимаем, что это дело очень затратное. Нужно время, средства, согласие многих сторон. Мы надеемся на вашу поддержку, на ваше понимание. Только в этом случае будет восстановлена справедливость по отношению к защитникам нашего Отечества, отдавших свои жизни за нас и похороненных в вашей земле.
На снимках ниже, и ниже: живые скорбят об ушедших

[вложение удалено Администратором]
« Последнее редактирование: 24 Ноябрь 2009, 13:16:38 от Yuriy Egorov »

Оффлайн Moderator

  • Администратор
  • Житель города
  • *******
  • Сообщений: 4229
"Вяземский мемориал": Дулаг № 184
« Ответ #31 : 20 Ноябрь 2009, 15:11:12 »
Статья Юрия Полякова в газете «Вяземский Вестник» № 47 от 18.11.2009
Почтили память погибших
В Вязьме на улице Репина во время оккупации города в годы Великой Отечественной войны находился немецкий сборный лагерь – дулаг № 184. В нем от зверств фашистских палачей погибло много советских военнопленных и мирных жителей. После войны на месте их гибели был установлен скромный памятник жертвам Вяземского дулага. Долгое время имена тех, кто покоится здесь, были неизвестны.
Но пять лет назад в архивах Министерства обороны в Подольске удалось найти документы, где сообщаются подробные данные на несколько тысяч советских бойцов, которые трагически погибли в Вяземском дулаге № 184. В этих списках четко обозначены не только фамилии бойцов, но и точные адреса их проживания до призыва в армию. Поэтому сразу же начался активный поиск родственников погибших фронтовиков.
В этот раз в Вязьму их прибыло 45 человек. Из Ульяновской области приехала Мария Дмитриевна Казакова - дочь погибшего бойца Д.Н. Обрезкова, а также внучка Светлана Васильевна Алексеева и правнучка Юлия Вячеславовна Алексеева. Из Санкт-Петербурга приехал Юрий Серафимович Балакирев, ему 57 лет, он внук погибшего бойца Михаила Михайловича Илларионова. Из города Красногорска Московской области приехала Нелли Николаевна Полякова, ей 71 год, она дочь погибшего бойца Николая Адамовича Полякова. Вместе с ней в Вязьму прибыли две внучки - Валентина Семеновна Скворцова и Ольга Владимировна Честнова. В таком же составе прибыли из города Балашиха и родственники бойца Айся Макжанова. А вот Александра Степановна Лаврова - дочь пропавшего без вести под Вязьмой бойца Степана Ивановича Крицына - прибыла в Вязьму с внуком Данилом Лавровым, которому исполнилось всего десять лет. Прибыли родственники погибших бойцов и из других городов.
У памятника погибшим трагически в Вяземском дулаге № 184 состоялся митинг, на котором присутствовали жители нашего горо¬да, представители Московской общественной организации «Вяземский мемориал», ветераны войны и труда, родственники погибших бойцов и ополченцев, представители общественных организаций, руководства города и района. Люди собрались здесь, чтобы почтить светлую память тех, кто перенес страшные издевательства и погиб мучительной смертью во имя свободной жизни будущих поколений.
Первому слово было предоставлено заместителю Главы муниципального образования Вяземского городского поселения В.А. Цуркову. Он говорил о том, что Международная ассоциация общественных поисковых объединений «Народная память о защитниках Отечества» и Московская общественная организация «Вяземский мемориал» стали инициаторами встречи на Вяземской земле родственников погибших бойцов в Вяземском дулаге № 184. Эта встреча проходит при поддержке администрации Вяземского городского поселения. Очень важно, чтобы память о тех жертвах, которые понесла наша страна в годы войны, не была утеряна с годами. Мы должны быть благодарны тем, кто здесь покоится, а их около 30 тысяч человек.
Председатель Вяземского районного Совета депутатов С.А. Гуляев, обращаясь к прибывшим в Вязьму родственникам погибших бойцов, сказал:
- Вы приехали сюда для того, чтобы отдать почести всем, кто в свое время ценой своей жизни завоевал нам свободу. Те первые годы войны были действительно очень трудными и непростыми. Мне хотелось бы сказать огромное спасибо вам за то, что вы помните о своих близких людях. А тем, кто здесь лежит - вечная память, пусть земля им будет пухом.
Прибывшая из Москвы член координационного совета Международного союза содружества общественных организаций ветеранов независимых государств, президент международной ассоциации общественных поисковых объединений «Народная память о защитниках Отечества» Е.А. Иванова говорила о том, что с каждым годом увеличивается количество семей, с которыми налаживается тесная связь, родственники погибших бойцов выражают слова благодарности. Вот и в этом году на это трагическое место в Вязьму приехало родственников больше, чем в прошлом году. Уже найдено более 70 семей советских бойцов, которые сражались с врагом на дальних подступах к Москве и погибли здесь, в этом страшном месте. В Вязьму приехали родственники из различных регионов России, с Урала, из Сибири, Подмосковья, Калужской области, а также из Татарстана и из Мордовы. Все они приехали с доброй памятью в сердцах о погибших бойцах. Вечная память защитникам Родины!
Член союза краеведов России А.Л. Какуев подробно рассказал о том, как они вместе с И.В. Долгушевым ездили в город Подольск, где в архивах Министерства обороны им удалось получить список почти шести тысяч бойцов, которые погибли в Вяземском дулаге № 184. Этот список затем был опубликован в книжном издании, размещен в Интер¬нете и разослан руководителям всех районов Смоленской области, а также в советы ветеранов войны многих республик ближнего и дальнего Зарубежья. Газета «Вечерняя Москва» опубликовала предоставленный вязьмичами список почти 400 бойцов-москвичей, погибших в Вяземском дулаге № 184. Из 38 вязьмичей, которые значатся в этом списке, откликнулся пока только один родственник погибшего, она проживает в д. Лосьмино. Родственники погибших шлют А.Л. Какуеву письма со словами благодарности, и у него таких писем уже накопилось около ста.
В своем выступлении председатель оргкомитета «Вяземский мемориал», родственница советского воина, погибшего в Вяземском дулаге, Р.И. Низаметдинова заявила о том, что сегодня закладывается хорошая добрая традиция: встречи детей, внуков, правнуков бойцов, погибших на вяземской земле. В заключение она сказала:
- Я очень надеюсь, что здесь в обозримом будущем мы увидим красивый мемориал, достойный памяти погибших на этой земле.
Участники митинга минутой молчания почтили память погибших бойцов.
Выступающих на митинге было очень много. В числе их и создатель музея средней школы № 2, давний исследователь темы Вяземского дулага № 184, краевед В.Е. Гаврилова, очевидцы трагических событий 1941-1943 годов, вязьмичи Н.И. Романов и ветеран педагогического труда Л.Н. Егорова, житель поселка Кайдаково Н.И. Кошелев и другие.
В этот же день в Доме досуга молодежи «Победа» состоялся вечер памяти.

Yuriy Egorov

  • Гость
"Вяземский мемориал": Дулаг № 184
« Ответ #32 : 20 Ноябрь 2009, 15:13:39 »
И еще фото с митинга 14 ноября

[вложение удалено Администратором]

Yuriy Egorov

  • Гость
"Вяземский мемориал": Дулаг № 184
« Ответ #33 : 20 Ноябрь 2009, 15:16:54 »
и еще фото

[вложение удалено Администратором]

Yuriy Egorov

  • Гость
"Вяземский мемориал": Дулаг № 184
« Ответ #34 : 20 Ноябрь 2009, 15:18:34 »
извините, не могу несколько фоток выложить, приходится по одной

[вложение удалено Администратором]

Yuriy Egorov

  • Гость
"Вяземский мемориал": Дулаг № 184
« Ответ #35 : 20 Ноябрь 2009, 15:21:31 »
  и еще

[вложение удалено Администратором]

Оффлайн Мария Булкина

  • Горожанин
  • ******
  • Сообщений: 1783
  • Пол: Женский
  • Я ненавижу спорить, просто признайся, что я права
"Вяземский мемориал": Дулаг № 184
« Ответ #36 : 20 Ноябрь 2009, 15:36:35 »
Интересные фотографии
Добро обязательно победит зло!.. Поставит на колени и зверски убьёт)

Оффлайн Лариса Жукова

  • Житель города
  • *******
  • Сообщений: 7597
"Вяземский мемориал": Дулаг № 184
« Ответ #37 : 22 Ноябрь 2009, 18:05:37 »
 Юрий, могли бы Вы выложить здесь фотографии своего дяди, если они сохранились?
 И планируете ли Вы когда-нибудь еще приехать в Вязьму на место дулага № 184?
Никогда не слушайте осуждений в свой адрес. Ибо, даже если бы вы умели ходить по воде, то будьте уверены, кто-нибудь бы обязательно вам сказал: "Смотрите, он даже не умеет плавать!"

Yuriy Egorov

  • Гость
"Вяземский мемориал": Дулаг № 184
« Ответ #38 : 23 Ноябрь 2009, 16:09:43 »
Уважаемая Лариса!
Сохранилась только одна фотография моего дяди - Яснова Виктора Герасимовича, 1923 года рождения. Одна – единственная, да и то, переснятая, видимо с маленькой фотографии, предположительно на комсомольский билет. Я в свою очередь переснимал переснятый вариант. Качество,  естетственно, упало сильно. Однако не могу найти этот файл. Зато есть снимок (ниже), на котором я запечатлел своих дядьев - младших братьев Виктора Яснова - Бориса Герасимовича (слева) и Владимира Герасимовича, которые держат ту самую дважды переснятую фотографию. Снимок сделан в апреле 2009 года, когда мы первый раз приезжали в Вязьму, после того как получили известие о нашедшемся месте захоронения Виктора от сотрудника международной ассоциации общественных поисковых объединений «Народная память о защитниках Отечества» .
Вот это, как бы, ответ на Ваш второй вопрос. Конечно, если Бог даст, будем приезжать. Нас ведь много по линии Ясновых: 5 двоюродных братьев и 4 двоюродных сестры, плюс наши дети и внуки. Они знают про погибших. Ведь наш дед - отец Виктора - Герасим, тоже не вернулся с войны. Он, как и Виктор (до недавнего времени), числится в числе пропавших без вести.
« Последнее редактирование: 23 Ноябрь 2009, 16:21:00 от Yuriy Egorov »

Yuriy Egorov

  • Гость
"Вяземский мемориал": Дулаг № 184
« Ответ #39 : 23 Ноябрь 2009, 16:17:30 »
фото

[вложение удалено Администратором]

OKC@NA

  • Гость
"Вяземский мемориал": Дулаг № 184
« Ответ #40 : 01 Декабрь 2009, 16:59:18 »
Родственники погибших в Вяземском дулаге! Расскажите что-нибудь о своих близких!

Оффлайн Лариса Жукова

  • Житель города
  • *******
  • Сообщений: 7597
"Вяземский мемориал": Дулаг № 184
« Ответ #41 : 13 Декабрь 2009, 20:36:21 »
Выкладываю фотографии некоторых из тех, кто погиб в Вяземском дулаге № 184

[вложение удалено Администратором]
Никогда не слушайте осуждений в свой адрес. Ибо, даже если бы вы умели ходить по воде, то будьте уверены, кто-нибудь бы обязательно вам сказал: "Смотрите, он даже не умеет плавать!"

Оффлайн Лариса Жукова

  • Житель города
  • *******
  • Сообщений: 7597
"Вяземский мемориал": Дулаг № 184
« Ответ #42 : 13 Декабрь 2009, 20:41:48 »
Еще несколько фото.

[вложение удалено Администратором]
Никогда не слушайте осуждений в свой адрес. Ибо, даже если бы вы умели ходить по воде, то будьте уверены, кто-нибудь бы обязательно вам сказал: "Смотрите, он даже не умеет плавать!"

Оффлайн Moderator

  • Администратор
  • Житель города
  • *******
  • Сообщений: 4229
"Вяземский мемориал": Дулаг № 184
« Ответ #43 : 15 Декабрь 2009, 00:55:04 »
 23 декабря сего года Всероссийский комитет "Победа" (тот самый, что согласовал Вязьме звание города воинской славы) будет рассматривать вопрос об обсутройстве памятника на месте Вяземского дулага № 184.

марта

  • Гость
"Вяземский мемориал": Дулаг № 184
« Ответ #44 : 15 Декабрь 2009, 08:53:41 »
Памятник нужен...Для памяти.Еще несколько десятилетий и наши потомки вообще ничего знать не будут...Сейчас -то уже мало что.... :(

miymiy

  • Гость
"Вяземский мемориал": Дулаг № 184
« Ответ #45 : 15 Декабрь 2009, 09:06:32 »
 я вообще мало что про эти события знала. Стоит и стоит памятник, а что за ним - живые люди, судьбы, как-то не догонялось.

марта

  • Гость
"Вяземский мемориал": Дулаг № 184
« Ответ #46 : 15 Декабрь 2009, 09:16:14 »
Он еще не стоит,его только собираются установить....

Оффлайн Лариса Жукова

  • Житель города
  • *******
  • Сообщений: 7597
"Вяземский мемориал": Дулаг № 184
« Ответ #47 : 21 Декабрь 2009, 09:03:39 »
В городской администрации сейчас составляются сметы по обустройству территории у памятника Дулагу № 184.
Никогда не слушайте осуждений в свой адрес. Ибо, даже если бы вы умели ходить по воде, то будьте уверены, кто-нибудь бы обязательно вам сказал: "Смотрите, он даже не умеет плавать!"

BLACK ANGEL

  • Гость
"Вяземский мемориал": Дулаг № 184
« Ответ #48 : 04 Январь 2010, 13:58:42 »
Учащиеся средне школы №2 ежегодно дарят городу ко Дню Освобожения от немецко-фашистских захватчиков свои стихи, которые становятся "маленькими цветочками" , вплетенными в огромный венок памяти и благодарности смолян погибшим героям.
Вот какое стихотворение написал учащийся 2 школы Никита Грачев.
    ОБЕЛИСК У МЯСОКОМБИНАТА.
 Как будто вчера это было...
Шагая по нашей земле,
Проклятьями осыпаем,
Враг прорывался к Москве.
Моя драгоценная Вязьма
Была в это время в кольце.
Но воля и смелость солдата
Горела огнем и в беде.
И в память о подвиге пленных
Застыл, как в последнем бою,
Простой, не из бронзы, но ценный
Святой обелиск на посту..

Оффлайн Лариса Жукова

  • Житель города
  • *******
  • Сообщений: 7597
"Вяземский мемориал": Дулаг № 184
« Ответ #49 : 04 Январь 2010, 14:02:56 »
 Надо же... Не думала, что школьник может все так прочувствовать.
Никогда не слушайте осуждений в свой адрес. Ибо, даже если бы вы умели ходить по воде, то будьте уверены, кто-нибудь бы обязательно вам сказал: "Смотрите, он даже не умеет плавать!"